еще один иноагент -
- Полина Барскова
Парк Победы
Блуждаю по рынку начала зимы
Средь форм заостренных от льда
В себя допускаю прошедшее «мы»
Одернув печать «никогда»
Блуждали блуждаем в ряду огурцов
В бочонках меж стрел черемши
Зачем говорят, что у наших отцов
В комплекте забыли души
Что нас оставляли они, не тужа
Не зная на ощупь и вкус?
Как овощ у Берка, ужасна душа
Для нежных отеческих глаз.
Мой все повторял выпевал сотни раз
«о, как же ты не хороша»
Он все выпевал, повторял, укорял,
Но за руку крепко держал,
Я помню ладони его матерьял
Прохладен и сиз и шершав.
Мой весь был болезнь, отрицание, лед,
Но он меня вел и вперед
Когда в Ленинград заявился Джеймс Бонд
Вошел мой родитель в расход
Пред нами над нами неявный как Бог
И мощный как слово о нем
По светоэкрану мытарствовал Бонд
Злодеев пытая огнем
Зато и злодеи его иногда
На чистую воду вели
И кровью тогда наливалась вода
У самого края земли
Бонд боли не знал и любви не хотел
И длился часа полтора
Потом молодцом вылезал из под тел
И вон выходил на ура
Отец что всю жизнь то терпел то потел
Что бледный анализ с утра
Нес Парком Победы, слюдой и слюной
С насмешкой взирая себя
Не знал где был выход
Был честен со мной
Столь щедро меня не любя
Он сизую руку имел предложить
Свою и молчанье во тьме
И рынок где паданцы кучкой лежат
Курган верещагинский мне
Все ходим да бродим с тобой вдоль рядов
Как ты остроумен! Как прям!
Как много протекших померзших годов
Глядит из отверзнутых ям
Парк Победы
Блуждаю по рынку начала зимы
Средь форм заостренных от льда
В себя допускаю прошедшее «мы»
Одернув печать «никогда»
Блуждали блуждаем в ряду огурцов
В бочонках меж стрел черемши
Зачем говорят, что у наших отцов
В комплекте забыли души
Что нас оставляли они, не тужа
Не зная на ощупь и вкус?
Как овощ у Берка, ужасна душа
Для нежных отеческих глаз.
Мой все повторял выпевал сотни раз
«о, как же ты не хороша»
Он все выпевал, повторял, укорял,
Но за руку крепко держал,
Я помню ладони его матерьял
Прохладен и сиз и шершав.
Мой весь был болезнь, отрицание, лед,
Но он меня вел и вперед
Когда в Ленинград заявился Джеймс Бонд
Вошел мой родитель в расход
Пред нами над нами неявный как Бог
И мощный как слово о нем
По светоэкрану мытарствовал Бонд
Злодеев пытая огнем
Зато и злодеи его иногда
На чистую воду вели
И кровью тогда наливалась вода
У самого края земли
Бонд боли не знал и любви не хотел
И длился часа полтора
Потом молодцом вылезал из под тел
И вон выходил на ура
Отец что всю жизнь то терпел то потел
Что бледный анализ с утра
Нес Парком Победы, слюдой и слюной
С насмешкой взирая себя
Не знал где был выход
Был честен со мной
Столь щедро меня не любя
Он сизую руку имел предложить
Свою и молчанье во тьме
И рынок где паданцы кучкой лежат
Курган верещагинский мне
Все ходим да бродим с тобой вдоль рядов
Как ты остроумен! Как прям!
Как много протекших померзших годов
Глядит из отверзнутых ям