Евгения Изварина (evizvarina) wrote,
Евгения Изварина
evizvarina

Анатолий Найман - о призвании поэзии

Оригинал взят у novayagazeta в О жизни слова в изоляции

Поэзия — что она? Чья? Кому?

Зачем стране поэзия? А черт его знает. Ну а людям, человеку — зачем? Тут уж наверняка только черт и знает, и не скрывает, что знает, и у Блока, ведущего эксперта в этой сфере, под именем демона открывает, что именно он про это знает. «Иди, иди за мной — покорной / И верною моей рабой, / Я на сверкнувший гребень горный / Взлечу уверенно с тобой. / Я пронесу тебя над бездной, / Ее бездонностью дразня…»Гималаи, 11-километровые впадины Тихого океана. Гребни и бездны — воплощение взлетов поэзии, олицетворение ее смертельных пике. Из чего должно следовать, что поэзия — летун и ныряльщик, небесная лестница и срывающийся с нее самоубийца — словом, романтический образ ее, и как таковой если и интересует нас, то разве что факультативно и не всерьез.

Но это ее репутация практическая. А есть и несущая человечеству цивилизационную функцию, и познавательная, и гармонизирующая, и космологическая, и еще несколько базовых. Поэзия — это этап в кодификации состава мира, сопровождающей его постижение («Крылышку я золото письмом / Тончайших жил, / Кузнечик в кузов пуза уложил / Прибрежных много трав и вер…» Или: «Зима. Крестьянин. Торжествуя».), — и физиологическая потребность человеческого организма («Стихи Пастернака почитать — горло прочистить, дыханье укрепить, обновить легкие: такие стихи должны быть целебны от туберкулеза», как диагностировал Мандельштам).

Слова играют роль карточек в библиотечном каталоге мира. Это их первая, хотя и простейшая, обязанность — уметь описать, а еще лучше — обозначить гигантский валун или снежинку вместо того, чтобы предъявлять, таская с собой. Обязанность же труднейшая — через себя, то есть посредством тех же слов, но с редкостной требовательностью отобранных и в уникальный порядок сложенных, представить язык как образец, как матрицу и как работающий инструмент. Говоря проще — встретиться с языком как с его, языка, особым и воспринимаемым как высшее осуществление — поэзией. Поэзия — единственное из искусств, ограниченное неодолимыми рамками национального языка, по каковой причине не может быть переведено. Иностранец, как бы глубоко, полно и проницательно ни постиг он чужой язык, встанет в тупик перед выбором именно этого, а не почти такого же слова, поставленного на именно это относительно соседнего место, по виду неотличимого. Почему «белеет парус одинокий», а не «белеет одинокий парус»? Не из-за редких же рифм к «парусу»: Блок органично рифмовал его со «стеклярусом», у Бунина получалось и с «гарусом».

Поэзию я бы сравнил с зеркалом, отражающим поэтическую речь, но не ее содержание, внеположное стиху. Мой знакомый англичанин купил однажды в Лондоне огромное, для гостиной, зеркало, погрузил стоймя в открытый автомобиль, повез домой и был остановлен полицейским, доброжелательно объяснившим: «Сэр, сейчас принято ставить на транспорт зеркала другого фасона», — и показал ему на зеркальце заднего вида. В замечании было столько же юмора, сколько и здравого смысла: зеркало предназначено отражать узкий сектор дороги и только водителю, а не мир и не безразличным уличным зевакам.

Эти ее качества — обращенность от здешнего к неземному, свойство отражать наблюдаемое физически, но одновременно и несогласие отражать его в полноте иноземцам — ставят поэзию в исключительное, изолированное положение среди искусств. Говоря «поэзия», мы в подавляющем большинстве случаев подразумеваем просто стихи, одно стихотворение или дюжину, или целую книгу. Это не совсем так: поэзия — это некая сила, воля, дух, загадочно заключенные в строки стихов, но еще загадочнее — заключающие их в себе. Она, как облако, сопутствует им, при этом существует и во взаимосвязи с ними, и в то же время совершенно от них независимо. Она стихия, она порождена древними богами. Тогда как стихотворение при удачном сорасположении частей может заключать живой огонь поэзии в себе — как в сосуде: оно изделие. А что стихосложение требует участия также и человека-мастерового — поэта, то в античности система передаточных звеньев между Олимпом и людьми исключала пробелы и разрывы: армия муз и прочих служителей пантеона с одинаковым тщанием внимала диктовке поднебесных и диктовала земным.

Всякое изменение сложившихся форм поэзии в конечном счете обращено к совершенству божественной речи, а не к читательским вкусам. Отказ от рифм и шире — вообще от созвучий — направлен на выразительную строгость строки, достойной слуха, стиля и устремленности к уникальной точности беседы небожителей, а не к пробе того, что могли бы предложить театральной или поэтической декламации лишенные аллитераций мужские и женские окончания стихов. Отказ от ритма, верлибр выглядит, по крайней мере, в России вторжением искусственного изобретения в органику поэтической материи. Никаких муз, аполлонов, эоловых арф — поэт и словарь! Ритм, рифма, вообще звуковая природа поэзии из знака принадлежности к нездешним источникам перешли в технические приемы. В добавление, к 1990-м годам в русской традиции набрал силу постмодернистский подход по отношению к предшествовавшей, двухвековой русской поэзии. Проявилось это в полновесной, часто яркой, талантливой ее пародии, доходящей до карикатуры. Но у нас сопоставление высокого искусства с приземленным считается крайне обидным для первого. Это в Англии первоклассный художник Хогарт мог быть назван сатириком без ущерба для высокого реноме, а в России оценка одаренности без эпитета «великий» граничит чуть ли не с порицанием. По-моему, только пронзительный Иртеньев, чьи стихи поднимаются до уровня «Представления» Бродского, относится к «карикатуристу» спокойно.

В результате оказалась отменена такая функция поэзии, как узнавание языка. Это когда произнесение строчки русского поэтического мейнстрима безошибочно, как фото на заграничном паспорте, передает физиономические черты того, кто едет за границу, и образцы лингвистической походки его земляков на родине.

Анатолий Найман
поэт, прозаик


Tags: поэзия, поэзия русская
Subscribe

  • (no subject)

    * * * Гранит ли тронула остриём весна? Друг друга ли, нелюдимы, ещё не встретившись, узнаём по неуверенности: со льдины свои ли – сняты и…

  • (no subject)

    Мои стихи в новом номере журнала "Волга" https://magazines.gorky.media/volga/2021/3/vzapuski-ne-probleski-li-odni.html Благодарность сердечная -…

  • (no subject)

    * * * Облаку дыр, холмику дат снись, пассажир - горше стократ сна своего… Трещиной в лёд впаян – кого время не ждёт.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments