Евгения Изварина (evizvarina) wrote,
Евгения Изварина
evizvarina

Елена Фанайлова

Депо



И звёзды, пролетая над ним,
шептали: «Арон Барон,
ох, Арон Барон,
неси свою правду,
пока снег заметает перрон».



И Арон Барон, пекарь,
опытный революционер,
который вёл за собой в Чикаго
толпы анархистов,
приезжает под Рождество,
будто апостол Павел,
в харьковские железнодорожные
мастерские, в депо.
В кожухе, накрытый мешками и кожами,
на почтовых санях,
привозит чёрную свою
пропаганду,
рассказывает железнодорожникам о братьях,
что пали в восстаньях.



Арон Барон,
в синей рабочей блузе,
с зелёным дымом в бороде,
призывает путейцев и машинистов
держаться вместе
в работе
и борьбе.
Пишет в посланиях:
«Железная дорога проложена там,
где Господь провёл своим
жёлтым ногтем
по густому ландшафту,
это он открывал ворота наших заводов,
он заполнял мужеством наши лёгкие,
как углём шахту.



Нет ничего, чего бы
нельзя было перевезти в наших вагонах.
Нет ничего в прошлом,
за что нам нужно держаться.
Всё, что нам остаётся, — вера,
которую мы вынесем с собой,
когда за нами займутся реки
и падут небеса.



Наше небо,
которое зажигается и гаснет,
наши ежедневные хлопоты,
наша связь с влажным золотом солнца,
наши семьи и умершие родители —
рождаясь и изучая в небе звёзды,
засыпая под шёпот
акаций,
мы строим нашу жизнь,
как невиданный дирижабль,
что плывёт над полотном
железной дороги,
зажигая зрачки
сыновей,
что стоят на перронах
рождественских станций,
полные уверенности
и победы».



Ах, Арон Барон,
чёрный апостол язычников,
тёплые уставшие паровозы
загоняются ими
с вечерних полей
в пропахшие весной депо,
будто скот,
и железнодорожники собираются,
как пастухи, вокруг костров,
и трудно молчат,
разбирая типографские
шрифты его речи:



«Нет страха в отказе
от тяжёлых камней, которые нам
вкладывали в карманы школьных пиджаков,
нет утешения в привязанности
к прошлому. Что может объединить
металлургов и горняков?
Что может держать, кроме корней?



Вера была
создана железнодорожниками,
потому она требует
пространства и терпения».



Арон Барон,
ох, Арон Барон, глубокая тишина

всегда залегает после утренних расстрелов,
революция, как саламандра,
рождается из огня,
революция пожирает младенцев
в рождественском Вифлееме,
революция сжигает в паровозных топках
своих святых апостолов.

И только звёзды
летают над нами в грусти и тревоге.
И только реки
обходят нас и движут плотины,
не в состоянии

оставить нам

хоть что-то,

не в состоянии

хоть что-то

у нас отобрать.



из подборки
http://magazines.russ.ru/znamia/2015/4/45f.html
Tags: поэты
Subscribe

  • (no subject)

    * * * Гранит ли тронула остриём весна? Друг друга ли, нелюдимы, ещё не встретившись, узнаём по неуверенности: со льдины свои ли – сняты и…

  • (no subject)

    Мои стихи в новом номере журнала "Волга" https://magazines.gorky.media/volga/2021/3/vzapuski-ne-probleski-li-odni.html Благодарность сердечная -…

  • (no subject)

    * * * Облаку дыр, холмику дат снись, пассажир - горше стократ сна своего… Трещиной в лёд впаян – кого время не ждёт.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments