Валерий Сосновский

КАРАНТИН

Не печалься. Не мо`хай. Я тебе расскажу,
Как стремилась эпоха к своему рубежу.

Слушай сердцем, товарищ: в двадцать первом году
Все планеты вращались в санитарном бреду.

Риверсайд и Ливорно, Краснодар и Ханой
Для народов покорных стали общей тюрьмой.

Затопило Антверпен, полыхала Сибирь,
Иерей диссидентом пил на кухне чифирь.

Карантин, карантин — амнезия и страх.
Не ходи в магазин, не целуйся впотьмах.

Закрывались торговля, варьете, ателье.
Бюргер жался под кровлю в герметичном белье.

Как заблудшие овцы, не добывши воды,
Мы брели у колодца в ожиданье беды.

Что грозит — неизвестно. Кто грядет — невдомек.
Третий ангел над бездной вострубил и умолк.

Карантин, карантин — от закрытых дверей
До токсичных вакцин и ковид-лагерей.

От накрытых столов до пробитых голов.
От имперских орлов до картонных гробов.

Карантин, карантин. Ты не вспомнишь, когда
Стало небо как дым и вино как вода.

Эти строки, товарищ, — неликвидный архив.
Если ты их читаешь — значит, все еще жив.

отсюда
https://magazines.gorky.media/zvezda/2022/1/stihi-3211.html