June 21st, 2012

летчик

(no subject)









* * *
Где берег в папиросном инее,
и вербы спят на льдистых плёсах
на спор, чья голова повиннее –

там укрепи свободы посох
и на зиму свечу затепли.

…Где холода с утра окрепли
(кроме как в сердце, да и там…) –
себя ль обгонишь по пятам?

дракончик

(no subject)











* * *
…Колодец - и луна.
Котёл - и печь.


…любить, последней капли не беречь –
не отвечая, в чей бокал оно,
лиловое вино.
                     Не всё ль равно –
кухонный чад, закат ли горячей?
Чеснок и соль, оранжевых лучей
печать на жирной бирюзе серёг…


Шафран – и перец.
Хна – и василёк…




летчик

Виктор Цой, разные судьбы...

167.12 КБ

116.38 КБ

Самое первое стихотворение о Цое, что попалось в печати - "ещё тогда"...:

Татьяна Щербина
* * *
перемен,
мы ждём перемен
Виктор Цой
Он поёт в микрофон как в цветок.
Зигфрид из ПТУ,
тушью-пером расцарапывая каток,
где все на коньках, кто отбросил –
тот сунул ступни на горящую сковороду.
Он чертит: снимай коньки, не лозунг, а хит,
не мученик – супермен
в Трагедистане, где мы не живём, а ждём перемен.
Двадцать лет в загоне катка
на котурнах в колодках с лезвием,
бреющим снежную бороду льда.
И любые узоры от бритв –
это кровавые полосы кода:
СССР – Трагедистан,
только это мы чертим на спинке души,
раньше имевшей бюст и стан,
брата и антипода.
Вот оно, брюшко и крышка и спинка с мальками душ
подо льдом. Но кончается тушь,
и, может быть, начинается дом.
1988