Герман Дробиз
***
Дрянной табак закурим и дрянной
водчонки хряпнем вместо валерьяны,
как заскрипит над грустною страной
большого босса голос деревянный,
раскрыв его склад мыслей дровяной.
В себе он сомневаться не привык...
Меж тем в конюшни в пору звать Геракла.
И баснословный некогда язык
иссяк, как рыба в озере Иссык
под пестицидом намертво иссякла.
Свернись, пространство, в крепкую иглу,
нам шить пора — кому, какое дело?
Игрушки разбросавши на полу,
как в детстве, тайны прячутся в углу,
пока желанье знать не отболело.
Отправь меня в раздумья, самогон,
о дорогом, о нежном, о покое.
Но трудно размышлять о дорогом
в стране, где вор, укравши дорогое,
дешевое дотопчет сапогом.
отсюда
http://magazines.russ.ru/ural/1996/5/drobiz.html
Дрянной табак закурим и дрянной
водчонки хряпнем вместо валерьяны,
как заскрипит над грустною страной
большого босса голос деревянный,
раскрыв его склад мыслей дровяной.
В себе он сомневаться не привык...
Меж тем в конюшни в пору звать Геракла.
И баснословный некогда язык
иссяк, как рыба в озере Иссык
под пестицидом намертво иссякла.
Свернись, пространство, в крепкую иглу,
нам шить пора — кому, какое дело?
Игрушки разбросавши на полу,
как в детстве, тайны прячутся в углу,
пока желанье знать не отболело.
Отправь меня в раздумья, самогон,
о дорогом, о нежном, о покое.
Но трудно размышлять о дорогом
в стране, где вор, укравши дорогое,
дешевое дотопчет сапогом.
отсюда
http://magazines.russ.ru/ural/1996/5/drobiz.html