Мария Маркова

* * *

М. П.

И сам из дерева двойного,
удвоенного – брат-близнец –
в попытке слиться ищешь слово
и не находишь, наконец.
Но разве мука, подбирая
слова как общие черты,
очнуться в немоте у края
чужой бесстыдной наготы,
увидеть жёлтые пробелы,
огня сухие языки
и ощутить свои пределы? –
но нет предела для тоски –
конечно, это мука, мука,
смотреть, как в зеркало, друг в друга
и даже не подать руки.

* * *
Возраст страха – странное ли дело –
не найти нигде
ни опоры, ни покоя. Тело –
корка на воде.
Расползутся трещины, и льдины
встанут на дыбы.
Старый бой любви и скарлатины.
Ножницы судьбы.
Лист с изнанки мягче и нежнее.
Человек – внутри.
С каждым годом кажется смешнее,
но всегда – внутри.
А снаружи зимние забавы,
санки и снежки,
серый лёд весенней переправы,
робкие шажки.
Лыжный путь – прямые по линейке –
прямо по реке –
вдруг пересекутся в этом веке
где-то вдалеке.
Нет, не обещание остаться,
не попытка быть,
с рифмой биться и внезапно сдаться –
видеть и забыть.


из подборки
http://www.plavmost.org/?p=8225